Иван Романович Тарханов: открытие КГР (1889)

В 1889 году выдающийся русский физиолог Иван Романович Тарханов (1846–1908) установил прямую зависимость между электрической активностью кожи и изменением эмоционального состояния человека — особенно после пережитого аффекта, причём «невозможностью волевыми усилиями её изменить». Это была одна из первых попыток русских учёных использовать технические средства для регистрации физиологических реакций при эмоциональной напряжённости.

Феномен спонтанных колебаний электрических потенциалов кожи в специальной литературе долгое время называли «эффектом Тарханова» или феноменом Тарханова. В отличие от метода Фере, измерявшего изменение сопротивления кожи при пропускании внешнего тока, метод Тарханова регистрирует собственные потенциалы — что лежит в основе одного из вариантов канала КГР современных полиграфов. В дальнейшем учёные систематически развивали методику измерения КГР: Тарханов И. Р. (1889), Бурдон Б. (1908), Веригин В. (1909), Сидис Б. (1910). Этот сюжет подробно разобран в учебном пособии «Энциклопедия полиграфа» в разделе, посвящённом КГР.

В. М. Бехтерев и И. П. Павлов: теоретический фундамент

Владимир Михайлович Бехтерев (1857–1927) — основоположник объективной психологии и рефлексологии в России, создатель учения о сочетательных (ассоциативных) рефлексах. Параллельно с Павловым он разрабатывал методы объективного изучения психической деятельности и настаивал на необходимости исключения субъективных самоотчётов в пользу объективно регистрируемых физиологических показателей.

В 1902 году появилась первая работа Бехтерева, связанная с экспериментальным психологическим исследованием эмоций, памяти и ассоциаций преступника, с целью выявления его «притворства». Его концепция взаимосвязи эмоциональных состояний и вегетативных реакций, работы по изучению КГР и сердечно-сосудистых реакций заложили теоретическую основу всей отечественной психофизиологической традиции инструментальной детекции лжи. Подробный разбор вклада Бехтерева приведён в первой главе монографии 2026 г.

Иван Петрович Павлов (1849–1936), Нобелевский лауреат 1904 года, создал учение об условных рефлексах — краеугольный камень понимания механизмов формирования и проявления психофизиологических реакций. Особое значение для полиграфологии имеет павловская концепция ориентировочного рефлекса как реакции организма на новизну и значимость стимула — именно она стала теоретической основой современной методологии теста значимой информации (CIT). Открытые Павловым закономерности образования временных связей и механизмы генерализации и дифференцировки стимулов объясняют, почему значимый для испытуемого стимул вызывает отличную от нейтральной психофизиологическую реакцию.

А. Р. Лурия: сопряжённая моторная методика (1923–1930)

Александр Романович Лурия (1902–1977) — один из крупнейших психологов советского периода, действительный член АПН РСФСР (1947), АПН СССР (1968), доктор психологических и медицинских наук, профессор, один из основателей нейропсихологии. В 1923 году в Институте психологии в Москве, под руководством Константина Николаевича Корнилова (1879–1957), Лурия провёл серию экспериментов по выявлению ложных ответов у людей, причастных к различным видам преступлений.

Методика Лурии (получившая название «сопряжённая моторная методика») основывалась на одновременной регистрации вербальных ответов испытуемого на словесные стимулы и непроизвольных моторных реакций — нажатий на пневматическую грушу ведущей и неведущей руками. При предъявлении стимулов, связанных с расследуемым событием, у причастных лиц наблюдались характерные нарушения координации движений, удлинение латентных периодов, тремор и персеверации — то есть признаки аффективной дезорганизации моторного ответа.

Эксперимент 1923 года: фабула о церковном воре

Испытуемым предлагалась следующая фабула преступления: «В помещение церкви, взломав оконное стекло, незаметно пробрался вор. Он прошёл в алтарь и, когда стало совсем тихо, стал осторожно собирать ценные вещи и складывать их в мешок. Он взял золотой крест, золочёные подсвечники, рясы от икон и много других ценных вещей. Забрав всё это, он завязал мешок и осторожно скрылся тем же путём, как и пришёл». После этого части испытуемых давалось задание скрыть информацию о совершённом «преступлении».

Во время обследования предъявлялся список из 70 слов, из которых 10 являлись критическими (алтарь, крест, мешок, золото, икона и т. д.). Испытуемый должен был отвечать любым схожим по смыслу словом, нажимая на кнопку. У обследуемых, не знавших фабулу, время нажатия на кнопку при предъявлении значимых слов практически не отличалось от времени реакции на нейтральные. У второй группы — знавших о «преступлении» — оно значительно возрастало.

Реальные подозреваемые в убийстве (с 1927 года)

С 1927 года Лурия стал проводить аналогичные исследования с подозреваемыми в убийстве в созданной лаборатории экспериментальной психологии при Московской губернской прокуратуре. Целью было выяснить, действительно ли можно объективным путём установить наличие в памяти преступника аффективных следов, оставшихся от преступления, — и отличить причастного от непричастного.

В исследованиях Лурия опирался на достижения отечественной медицины и физиологии — в частности, на учение о высшей нервной деятельности, разработанное И. М. Сеченовым и И. П. Павловым, а также на западный «ассоциативный эксперимент», в который он добавил запись быстроты реакций на слова-раздражители, имеющие отношение к обстоятельствам преступления. Всего было обследовано около 50 человек. У всех подозреваемых время нажатия на кнопку при предъявлении значимых вопросов увеличивалось до 24%. В 1932 году Дэрроу (Chester Darrow) усовершенствовал эту методику, повысив информативность двигательных реакций.

«Тёмная полоса»: 1930-е — конец 1950-х

К сожалению, в те годы значительная часть советских учёных, отражая политические веяния, негативно отнеслась к работам Лурии. Возможность использования психофизиологических методов при раскрытии преступлений подверглась резкой критике со стороны специалистов Министерства юстиции СССР и Прокуратуры СССР.

Официально, с начала 1930-х и вплоть до 1990-х, полиграф большинством советских учёных трактовался не более чем «средство полицейского давления», «недопустимый психологический нажим на личность, дающий суду возможность искажать реальные факты». Сам Лурия, опасаясь репрессий, в дальнейшем сосредоточился на нейропсихологии и диагностике локальных поражений мозга, став одним из её основателей.

Парадокс этого периода: пока в СССР методика Лурии преследовалась, в США она активно изучалась — в том числе через английский перевод 1932 года, оказавший прямое влияние на школу Берклийских полиграфологов. Лишь в конце 1950-х в СССР возник интерес к скрытым формам инструментальной диагностики — прежде всего в рамках психиатрической экспертизы.

1959: А. Сычев и В. Варламов — первый отечественный полиграф для детекции лжи

Полиграфные проверки в скрытой форме стали применять при проведении психиатрической экспертизы. Один из таких эпизодов описан академиком Варламовым: на экспертизу поступил гражданин, убивший свою жену электрическим утюгом, завёрнутым в газету, и выдававший себя за «невменяемого». После подключения датчиков ему задавалась серия вопросов, постепенно приближающихся к орудию убийства — со словами «лето», «хлеб», «птичка», «информация», «электричество», «мятые брюки», «газета», «утюг». Если человек не имеет серьёзных отклонений в психике, то уже на словах «информация», «электричество» и т. д. он реагирует увеличением измеряемых показателей — и это позволило экспертизе сделать вывод об отсутствии серьёзного психического расстройства и о симуляции.

В качестве «детектора лжи» использовались многоканальные медицинские приборы, приспособленные для регистрации физиологических показателей. Так, в 1959 году в Краснодарской краевой психиатрической больнице в лаборатории функциональной диагностики А. Сычёвым и В. Варламовым были созданы трёх- и шестиканальные полиграфы. Прибор регистрировал артериальное давление по методу Короткова, верхнее и нижнее дыхание, ЭКГ во втором усиленном отведении по Небу, фотоплетизмограмму и кожно-гальванический потенциал по Тарханову.

Параллельная линия: КГБ СССР и «дело Абеля»

Определённым толчком для развития полиграфного метода после экспериментов Лурии послужили события начала 1960-х годов. Восточногерманская служба государственной безопасности «Штази», на тот момент одна из сильнейших разведок мира, понесла значительные потери среди нелегальных агентов на территории других государств после проведения в отношении них полиграфных проверок. Об этом руководство «Штази» незамедлительно поставило в известность КГБ.

В это же время в США был разоблачён легендарный советский разведчик Рудольф Абель (Вильям Фишер). Первоначально после его ареста американская контрразведка даже не подозревала, на какую страну он работал. Согласно описаниям, имеющимся в открытых русскоязычных источниках, Абеля помещали в зашторенное помещение и без вопросов показывали на экране слайды с очертаниями разных стран и интерьерами административных зданий. Полиграф фиксировал реакции — и так удалось установить и страну, на которую он работал, и конкретные географические пункты с тайниками.

Эти эпизоды подтолкнули советское руководство ввезти полиграф в СССР для изучения. Информация была настолько закрыта, что почти никто в стране не знал, как выглядит реальный «детектор лжи».

В Главном разведывательном управлении Генштаба полиграф использовался с конца 1960-х годов. В 1975 году председатель КГБ СССР Юрий Владимирович Андропов подписал приказ об организации в структуре органов госбезопасности профильного подразделения по проведению полиграфных проверок и обучению агентуры методам противодействия инструментальной детекции лжи.

Академик В. А. Варламов: создатель отечественного компьютерного полиграфа

Варламов Валерий Алексеевич (родился в 1935 году в Новороссийске) — доктор биологических наук, академик; имеет более чем 40-летний опыт работы в области полиграфных проверок. Опубликовал более 100 научных работ, семь из которых признаны изобретениями. Его научные идеи нередко рождались в неординарных условиях: психофизиологические эксперименты он проводил высоко в горах, моделируя экстремальные формы стресса, а также с водителями в аварийных ситуациях. В 1986 году Варламов использовал свой прибор «Эдельвейс-01» в Заполярье — на дрейфующей станции «Северный полюс-27», где раскололась льдина: он был заброшен в составе спецбригады для психофизиологического сопровождения экспедиции в экстремальных условиях.

1962 год. На Краснодарской краевой выставке радиолюбителей В. А. Варламов получает грамоту за разработку системы бесконтактного съёма психофизиологической информации — этот год можно считать датой рождения в мировой практике первого бесконтактного полиграфа.

1987 год. Практически полное отсутствие доступной компьютерной техники долго не позволяло автоматизировать обработку информации. Лишь в 1987 году на российской фирме «Инвасеть» Варламов создаёт первый портативный компьютерный полиграф. Он был вмонтирован в кейс и включал психофизиологический блок и компьютер. Прибор регистрировал артериальное давление, фотоплетизмограмму, КГР по Тарханову, тремор и дыхание; оригинальный датчик дыхания позволял отслеживать его изменения независимо от типа (верхнего или нижнего). Этот тип полиграфа выпускался малыми сериями под названиями «Эдельвейс-4» и «Эскулап»; в 1989 году выпуск был прекращён в связи с отсутствием правовой базы.

«Краснодарская школа» Варламова: общероссийский центр компетенций (1993–2000-е)

В 1990-е годы в ГУВД по Краснодарскому краю началось активное внедрение полиграфа. В декабре 1993 года, по инициативе начальника ГУВД края генерал-лейтенанта милиции А. Г. Сапрунова, было организовано рабочее совещание руководителей органов внутренних дел, на которое пригласили ведущего специалиста ВНИИ МВД России В. А. Варламова с коллегами-разработчиками. Варламов продемонстрировал возможности полиграфа на одном из наиболее резонансных преступлений того периода и убедительно показал потенциал метода для оперативно-розыскной деятельности.

К середине 1990-х ГУВД края, опираясь на научно-технический опыт группы Варламова, приобрело несколько полиграфов серии «Барьер-14». Их интенсивная трёхлетняя эксплуатация показала существенный рост результативности при раскрытии тяжких и серийных преступлений. В тесном взаимодействии инженеров и психологов уточнялись параметры регистрации, тестовые протоколы и алгоритмы интерпретации, и «краснодарская» методика приобрела завершённый, технологичный характер.

На базе ГУВД края были развёрнуты первые в России систематические курсы подготовки специалистов-полиграфологов. За одиннадцать лет через эту площадку прошли базовое обучение более 300 специалистов из различных регионов России и ряда зарубежных стран. Региональный проект постепенно превратился в общероссийский центр компетенций, задавший стандарты подготовки и профессионального общения полиграфологов, включая ежегодные конференции и работу международной ассоциации.

Итогом многолетней работы стал один из первых отечественных учебников по полиграфным исследованиям, в котором обобщались как конструкторские решения (серии «Барьер», «Крис», «Риф»), так и психофизиологические и юридико-психологические аспекты использования метода. Эти разработки до сих пор цитируются в профессиональном сообществе. Подробная фактография «Краснодарской школы» и её роли в становлении отечественной полиграфологии приведена в Части I монографии 2026 г.

Открытое возвращение полиграфа в Россию (1991–2004)

Впервые открыто в России полиграф был применён в 1991 году по инициативе Генеральной прокуратуры СССР при расследовании дела об убийстве священника отца Александра Меня. Вину взял на себя Геннадий Бобков, однако после полиграфной проверки (которую проводила И. С. Зубрилова и повторно — В. В. Коровин и А. П. Сошников) выяснилось, что он оговорил себя под давлением следствия.

Решающую роль в становлении опросов с использованием полиграфа сыграло появление в марте 1992 года Закона Российской Федерации «Об оперативно-розыскной деятельности», который дал правовую основу применению метода. Первым нормативным правовым актом, регулирующим применение полиграфа в практической деятельности органов внутренних дел, стало указание МВД России от 30.07.1992 г. «О правовом и нормативном обеспечении использования полиграфа в системе МВД Российской Федерации». 1 марта 1993 года Генеральная прокуратура и Министерство юстиции России одобрили применение опросов с использованием полиграфа органами Министерства безопасности России.

В 1993–1995 годах началась интенсивная разработка и внедрение полиграфов как в правоохранительные органы, так и в частные структуры. Первыми фирмами, предъявившими свои разработки на российском рынке, стали «Авикс» и «Инекс». Полиграфами фирмы «Авикс» и «Геолид» («КПС-06» и «КПС-07») в 1996 году было оснащено более 80% всех пользователей в России. 28 декабря 1994 года был подписан приказ МВД России № 437 «Об утверждении инструкции о порядке использования полиграфа при опросе граждан» — этот день считается началом массового внедрения полиграфа.

В 1997 году ФСБ ввела «Инструкцию о порядке применения органами ФСБ опроса с использованием полиграфа», а МВД издало распоряжение «О мерах по интенсификации использования полиграфа в органах внутренних дел РФ». Осенью 1998 года Министерство обороны России приняло ведомственную инструкцию, разрешающую применение полиграфа к военнослужащим и гражданским лицам при допуске к государственной тайне при заключении контрактов.

Приказом № 1547 Министерства образования Российской Федерации от 08.04.2004 г. введены в действие Государственные требования к минимуму содержания и уровню требований к специалистам для квалификации «Судебный эксперт по проведению психофизиологического исследования с использованием полиграфа», утверждённые Минобразованием России 05.03.2004 г. Это окончательно вписало метод опроса с использованием полиграфа в систему методов и средств современной российской криминалистики.

Современная российская школа: Метод взаимных исключений Лосева–Миллера

Кульминацией развития отечественной полиграфологии в 2010-е годы стал запатентованный Метод взаимных исключений Лосева–Миллера (МВИ; патент РФ № 2531645 C2, авторы — клинический психолог А. В. Лосев и врач-полиграфолог А. А. Фон Миллер; заявка 2013 г., публикация 2014 г.; сертификат № 00006 от 20.01.2017 г. о внесении в реестр методов и средств судебной экспертизы НП «Палата судебных экспертов»).

Систематическое изложение метода и его методологического обоснования дано в двух базовых изданиях авторского коллектива:

① «Энциклопедия полиграфа» (учебное пособие, 2016 г., 455 страниц, ISBN 978-5-9907581-3-1, eLIBRARY ID 60717283) — первое в России систематическое учебное пособие по основам ПФИ, в котором МВИ занимает отдельный раздел.

② «Методология «взаимных исключений» в практике применения полиграфа» (монография 2026 г., 177 страниц, ISBN 978-5-6055136-7-4) — полное теоретическое и методологическое обоснование МВИ, включая философские основания, формализованную математическую модель и практические экспертные процедуры.

Метод взаимных исключений рассматривается в современной российской школе как ответ на методологический кризис «детектора лжи», обозначенный в международной литературе после доклада NRC США 2003 г.: метод направлен не на «выявление лжи», а на исследование следов памяти — что прямо продолжает линию А. Р. Лурии 1923–1930 годов и одновременно сближается с лучшими современными подходами CIT.