Точность вывода по результатам ПФИ с применением полиграфа

By | 07.07.2017

Данную публикацию посвящаю памяти Юрия Константиновича Азарова, первого начальника лаборатории 30 КГБ СССР, с которым я работал с 1974 года. Юрий Константинович неоднократно указывал, что любые качественные наблюдения могут получить количественную оценку. Это позволяет делать требуемые сопоставления и обоснованные выводы. Предлагаемая вниманию читателя публикация основана на материалах моего выступления в этом году в г. Адлере на международной конференции, где обсуждались вопросы исследований с применением полиграфа в борьбе с преступностью.

Точность вывода по результатам психофизиологического исследования с применением полиграфа на примере работы в реальных (полевых) условиях

При обсуждении практических возможностей использования в ходе раскрытия преступлений метода детекции лжи (а правильнее – психофизиологического исследования с применением полиграфа или ПФИ), как правило, всегда ставятся вопросы, какова точность метода и можно ли обмануть полиграф. Если на второй вопрос специалисты всегда отвечают однозначно: “Да”, то первый всегда является предметом дискуссии.

По мнению авторитетных исследователей (П. Экман, 2001г.), оценка точности метода ПФИ в реальных (полевых) условиях, в отличие от экспериментальных предпочтительнее. Так как обследуются реальные участники событий, которые действительно переживают за результат обследования. Вместе с тем здесь есть и недостаток. Часто сам специалист не знает, правильный ли вывод был сделан на основе результатов ПФИ. То есть не знает, какой вывод ПФИ о причастности к преступлению на самом деле соответствует истине – оправдательный или обвинительный.

По мнению одного из старейших отечественных полиграфологов (Ю.И.Холодный, 1998г.): “в целом можно констатировать, что достоверность (точность) проверок с применением  полиграфа, проводимых опытным полиграфологом в интересах расследования, составляет не менее 0,9 (т.е. 90%)”.

Нам представилась возможность оценить достоверность выводов ПФИ на достаточно большой однородной выборке обследуемых лиц, при решении единой оперативно-разыскной задачи и использовании единых методических приемов в условиях, когда правильность вывода ПФИ можно было проверить на основании результатов последующих оперативно-следственных действий.

Также выполненную работу отличает то, что расследовалось преступление особой тяжести. А ПФИ выполнялось непосредственно после совершения преступления (исследование началось спустя неделю). Поэтому уровень тревоги всех обследуемых лиц накануне и во время проведения ПФИ был высок.

Тревога определялась страхом ожидания обвинительного исхода ПФИ – быть “ложно обвиненным” (для лиц, не причастных к преступлению) или “правдиво обвиненным” (для реальных соучастников преступления). Это, с одной стороны, делало общий фон психофизиологического состояния обследуемых лиц достаточно однородным с позиций наличия у всех них эмоции страха и вызванного ситуативного тревожного состояния. С другой стороны, возрастала вероятность сделать ложно-положительный ошибочный вывод по результатам ПФИ – непричастное лицо определить как соучастника преступления.

ПФИ проводилось на основании распоряжения руководства Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН России) в отношении 50 человек, которые являлись сотрудниками УФСКН РФ по Кабардино-Балкарской Республике. Целью ПФИ являлось установление возможной умышленной причастности кого-либо из действующих сотрудников УФСКН. (выделенных в ходе оперативно-разыскных и следственных мероприятий) к подготовке или организации нападения или непосредственному участию в нападении на здание УФСКН РФ по Кабардино-Балкарской Республике 14 декабря 2004 г. В ходе нападения преступниками было совершено 4 убийства и захвачено около 300 единиц огнестрельного оружия. По характеру совершенного преступления с высокой степенью вероятности делалось предположение, что в преступлении должны были участвовать действующие или ранее уволенные сотрудники УФСКН.

ПФИ проводилось согласно существующим правилам и включало: индивидуальную предтестовую беседу, предтестовую инструкцию, установочный тест (стим-тест, или адаптационный тест), основной этап исследования (с использованием тестов, построенных по методикам контрольных вопросов и выявления знания о деталях преступления), посттестовую беседу. Использовался компьютерный полиграф модели LX-3000 производства фирмы Lafayette Instrument Company (США).

В ходе исследования с применением полиграфа регистрировались физиологические показатели:

дыхание (грудное и брюшное), кожно-гальваническая реакция, артериальное давление. Зарегистрированные с помощью полиграфа физиологические реакции обследованных лиц, вызванные предъявлением подготовленных и предварительно обсужденных вопросов, анализировались экспертным способом и автоматически с помощью компьютерного анализа по алгоритмам компьютерного полиграфа LX-3000.

Всем обследованным лицам в начале основного этапа ПФИ предъявлялся опросник, построенный по методике контрольных вопросов. Этот опросник содержал 13 вопросов: 3 нейтральных (на которые обследуемый давал заведомо правдивые ответы), 2 ориентировочных (жертвенных), 5 контрольных (прямо не связанных с совершенным преступлением) и 3 проверочных вопроса.

Опросник предъявлялся каждому из обследованных лиц от 3 до 5 раз.

Проверочные вопросы формулировались одинаково. Эти вопросы были направлены непосредственно на выявление умышленной причастности к нападению на здание УФСКН.

Все обследованные лица отрицали свою причастность, отвечая на эти вопросы: “Нет”. Проверочные вопросы формулировались следующим образом:

“До нападения на управление кто-либо обращался к Вам с просьбой сделать что-то, что могло бы помочь нападавшим?”; “Вы знаете точно хоть одного человека – того, кто каким-либо образом содействовал нападению на управление и захвату оружия?”; “Что касается нападения на здание управления, Вы знаете хоть одного из сотрудников наркоконтроля, кто точно причастен к этому?”.

Выполненное ПФИ не установило умышленной причастности к нападению на здание УФСКН для 49 из 50 обследованных лиц (действующих сотрудников УФСКН). Для одного из них вывод не был определен. А последующие оперативно-следственные мероприятия установили непричастность всех 50 человек. (оперативно-следственными действиями и последующим судебным решением в числе причастных лиц были определены бывшие сотрудники УФСКН, на момент совершения преступления уволенные из органов наркоконтроля).

Представляет интерес следующий факт: для 44 из 50 человек (т.е. в 88% случаев) вывод о непричастности был сделан на основании ПФИ с использованием только одного теста – вышеописанного теста, построенного по методике контрольных вопросов. Оставшиеся 6 человек (12% обследованных лиц) прошли дополнительное обследование также с использованием теста методики контрольных вопросов. С 5 из них было снято подозрение в причастности к преступлению. В отношении 1 человека, как уже говорилось выше, определенного вывода сделано не было.

Интересные факты

Представляет интерес следующий факт: для 44 из 50 человек (т.е. в 88% случаев) вывод о непричастности был сделан на основании ПФИ с использованием только одного теста – вышеописанного теста, построенного по методике контрольных вопросов.

Оставшиеся 6 человек (12% обследованных лиц) прошли дополнительное обследование также с использованием теста методики контрольных вопросов: с 5 из них было снято подозрение в причастности к преступлению, в отношении 1 человека, как уже говорилось выше, определенного вывода сделано не было.

В дополнительном исследовании этих 6 лиц, выполненном по методике контрольных вопросов, в качестве проверочных использовались вопросы, направленные на выявление знания преступником самого себя (см. Примечание):

“Вы знаете полный адрес проживания хотя бы одного из тех, кто помогал участникам нападения на Управление наркоконтроля?”; “Вам известно, где в настоящее время находится действующий сотрудник наркоконтроля, который помогал нападавшим на управление?”; “Вы знаете, как провел прошедшие выходные хоть один из действующих сотрудников наркоконтроля?”.

В последующем обследовании одного лица, в отношении которого вывод не был определен, использовались тесты выявления знания о деталях. Прийти к достоверному выводу о причастности или непричастности этого человека к преступлению.

Существенно, что именно этот человек до прохождения ПФИ находился под пристальным вниманием сотрудников оперативно-следственных подразделений правоохранительных органов, так как накануне нападения на здание УФСКН нарушил действующие служебные инструкции.

Полученному результату можно дать оценку с точки зрения достоверности (точности) вывода, сделанного на основании результатов психофизиологического исследования с применением полиграфа в данной работе: в 98% получен истинный результат, в 2% – неопределенный. Эта неопределенность априорно предполагает равновероятно истинный или ошибочный исход. Отсюда следует, что вероятность возможной ошибки в данной работе составляла 1%.

Также, учитывая равную вероятность исхода ложно-положительного и ложно-отрицательного ошибочного вывода, можно одинаково в 0,5% оценить и возможную ошибку обвинения невиновного лица, и ошибку пропуска виновного лица.

Таким образом, в психофизиологическом исследовании с применением полиграфа при расследовании преступления можно достигать высоко- достоверного результата с точностью, близкой к 100%.

Примечание автора

Авторство в разработке и практическом внедрении упомянутого теста (на выявление знания преступником самого себя) относят Л.Г.Алексееву (С.И.Оглоблин, А.Ю.Молчанов, 2004г.). Там, в частности, указывается, что в тесте психологической оценки (ТПО) Л.Г.Алексеева могут быть выделены частные признаки лица, причастного к расследуемому событию, например, вопросами:

“Вы знаете точную дату рождения человека, присвоившего пропавшие деньги?”; “Вы знаете точный размер обуви человека, который имеет отношение к пропаже денег?”.

В рамках настоящей публикации мне бы хотелось заявить, что тест на знание преступником самого себя, построенный по методике контрольных вопросов, был предложен В.В.Коровиным. Я лично слышал от В.В.Коровина предложение о возможности и целесообразности использования такого теста. И был непосредственным участником обсуждения особенностей внедрения теста в практику осенью 1996 года. Ранее ни от кого из полиграфологов я ни о чем подобном не слышал и ни в каких публикациях не читал.

автор статьи В.Н. Федоренко, Москва

ЛИТЕРАТУРА

П.Экман. Психология лжи (пер. с англ.). – СПб.: Питер, 2001. – 272 с. Полиграфы (“детекторы лжи”) и безопасность. Справочная информация и рекомендации. Серия “Библиотека полиграфа”.

Выпуск 1. Ю.И.Холодный. – М.: Мир безопасности, 1998. – 96 с. Инструментальная “детекция лжи”: академический курс/ С.И.Оглоблин, А.Ю.Молчанов. – Ярославль: Нюанс, 2004. – 464 с.

One thought on “Точность вывода по результатам ПФИ с применением полиграфа

  1. Sonya

    Доброе утро, может ли кто-нибудь здесь проконсультировать по поводу точности проверки на полиграфе?
    Человек согласен пройти полиграф, но открыто заявляет, что может обмануть эксперта, якобы проходил курсы специальные. Как-то гарантируется вывод, если человек попытается обмануть полиграф? Может, у кого-то похожая ситуация была?

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.