Легализация полиграфа

By | 07.07.2017

Легализация полиграфа. Валерий Дятленко не считает последний информационный всплеск случайностью, – причиной послужило рассмотрение вопроса на заседании Комиссии по кадровой политике Мосгордумы. В целом же тема неоднократно поднималась, освещалась в печатных и электронных СМИ, потому что над законом о применении полиграфа группа разработчиков-специалистов работает уже третий год.

Легализация полиграфа

ДЯТЛЕНКО: Результат с точки зрения закона уже есть, – закон прописан. Но, учитывая, что общество воспринимает закон неоднозначно, мы хотим, чтобы в нем не было недомолвок и разночтений, чтобы он технически и юридически был прописан грамотно и полно.

– Думаю, большая часть общества просто не имеет представления, о чем идет речь: законопроекта, кроме специалистов, никто не видел. Общество скорее неоднозначно воспринимает саму идею использования полиграфа в жизни. Какая точка зрения, на ваш взгляд, сегодня доминирует?

ДЯТЛЕНКО: Безусловно, речь идет об этом. Когда готовится или принимается закон, с моей точки зрения, он должен быть востребован, он должен быть нужным.

Если закон придумывается ради чьих-то интересов, клановых или политических, то закон работать не будет, он просто не нужен.

Вопрос заключается в том, что сегодня полиграф активно используется и применяется в России.

Он существует, он уже работает, и тысячи людей подвергаются опросам с применением этого технического устройства. А нормативной базы нет.

И возникает вопрос: либо оставить все как есть, пустить на самотек, либо все-таки создать нормативную базу, думая о том, что объективно любой опрос с применением техники в определенной степени затрагивает интересы гражданина, личности. Самое главное – мы должны защитить гражданина, потому что полиграф всегда находится в руках государства, структур, работодателя, в конце концов.

Я подчеркиваю это, потому что имею в виду работодателя – не государственную структуру. Имеется в виду частный сектор, фирмы, организации, которые, исходя из собственных коммерческих интересов, применяют полиграф, защищая прежде всего именно эти интересы.

– Разве полиграф не применяется по каким-то внутри- или межведомственным инструкциям в тех же госструктурах, в МВД, например?

ДЯТЛЕНКО: У нас есть нормативная база ряда ведомств. В частности, Федеральная служба безопасности была первой на этом пути. У них есть соответствующие инструкции, которые зарегистрированы в Минюсте.

Это официальный документ, который позволяет внутри ведомства пользоваться тем, о чем мы говорим. Используют это прежде всего при подборе кадров, а также при проведении оперативно-розыскных мероприятий. То же самое – в МВД.

Сегодня целый ряд других структур и ведомств активно изучает подобную возможность. То есть ведомства, о которых мы говорили выше, создали основу для использования такой возможности; все остальные такой базы не имеют. Тем не менее широко применяют полиграф.

Существуют сотни фирм, которые предлагают такую услугу и при приеме на работу, и для уличения неверной жены, и прочих услуг различного плана. Поэтому с нашей точки зрения нужно просто законодательно определить, нужно это или не нужно, можно это использовать или нельзя, и если можно, то в каких объемах и при каких обстоятельствах…

Этика полиграфолога

– С правительсвенными чиновниками все ясно. По крайней мере, станет ясно, когда правительство выпустит циркуляр, кого посадят перед этим устройством, а кого – нет. А остальные люди?

Предположим, человек устраивается в коммерческую структуру – банк или еще куда-то, где имеет отношение к деньгам, материальным ценностям. Как появление вашего закона скажется на жизни таких людей?

ДЯТЛЕНКО: Если говорить о банках, то сегодня многие из них активно используют полиграф, причем без всякой нормативной базы.

– То есть незаконно?

ДЯТЛЕНКО: Закон этого не запрещает…

– Но есть конституция; там все есть про права личности и их гарантии…

ДЯТЛЕНКО: Но принцип в этих структурах тот же – добровольный. В конституции записано, что права нужно защищать, но каждый вправе делать выбор, и в этом высший принцип демократии.

– Вы считаете, что испытание на полиграфе – это не вторжение в частную жизнь? Список вопросов, которые задаются человеку, чтобы понять, говорит ли он правду, кем утверждается? Неужели оператором, который сидит за машиной?

ДЯТЛЕНКО: Перечень вопросов определяется заказчиком, отрабатывается совместно с полиграфологом и, прежде чем задавать вопросы, они показываются тому, кому их и будут задавать. Причем существует определенная этика, и есть вопросы, которые вообще не могут быть заданы, поскольку могут оскорбить каким-то образом человеческое достоинство.

– Но есть какие-то комплексы, которые могут иметь значение при приеме на работу и могут интересовать работодателя. Кроме того, зарабатывание денег и этика сегодня, к сожалению, вещи плохо совместимые, особенно у нас… Я не представляю себе работодателя, который будет думать об этике, а не о том, чтобы к нему не попал не нужный ему человек.

ДЯТЛЕНКО: Давайте тогда начнем немного с другого. Если вы думаете, что работа на полиграфе – такая простая вещь, вы глубоко заблуждаетесь, потому что нормальную экспертизу может провести только человек, специально подготовленный, имеющий высшее образование, психолог, прошедший специальное обучение в течение года.

Этот человек должен иметь сертификат для работы на полиграфе. И эти программы предусматривают перечень вопросов, который должен абсолютно исключать любой вопрос, который может человека оскорбить, включая моменты его личной жизни…

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.