Процессуальные проблемы проведения опросов с использованием полиграфа

By | 21.12.2017
Проверка на детекторе лжи

Процессуальные проблемы проведения опросов с использованием полиграфа

(Нестеренко И.В.)

(“Законодательство и экономика”, 2010, N 4)

Информация о публикации

Нестеренко И.В. Процессуальные проблемы проведения опросов с использованием полиграфа // Законодательство и экономика. 2010. N 4. С. 52 – 54.

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПРОВЕДЕНИЯ ОПРОСОВ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ПОЛИГРАФА

И.В. НЕСТЕРЕНКО

Лучшая защита – это защита законом, ее преимущества

в том, что если защита нашла юридически верное

положение, оно обязательно для судей.

П.Сергеич

        В информационном поле можно найти множество сведений об участии некоторых лиц в создании и совершенствовании полиграфа или осуществлении проверок с его использованием, но если мы с принципиальных позиций заглянем в историю, то увидим, что в 1730 г. всем известный литератор Даниэль Дефо обратил внимание на системное изменение физиологических параметров организма человека, когда ему задавали вопросы.

      При этом первое “боевое” применение полиграфа, т.е. выявление скрываемой человеком информации с использованием аппарата для физиологического контроля, относится к 1917 г.

          В связи с этим, уважаемый читатель, если Вам говорят: “Я был создателем полиграфа”, знайте, что Вы слышите обычную ложь, при этом это далеко не вся ложь, которая окружает таинственный “полиграф” или “детектор лжи” и все, что с ним связано.

         Мировая история полиграфа насчитывает десятки личностей, оказавших влияние на развитие психофизиологических исследований. Хотелось бы обратить внимание прежде всего на российских ученых А.Р. Лурию и А.Н. Леонтьева, которые в 20-е гг. в МГУ проводили психофизиологические исследования, в частности в области детекции лжи.

       Результатом этой работы стал сформулированный А.Р. Лурией постулат “единственная возможность изучить… внутренние скрытые процессы сводится к тому, чтобы соединить эти скрытые процессы с каким-либо протекающим рядом доступных для объективного наблюдения процессов поведения, в которых внутренние закономерности и соотношения находили бы свое отражение” <1>.

<1> Лурия А.Р. Диагностика следов аффекта. Психология эмоций. Тексты. М.: Изд-во МГУ, 1984.

   Ведущим ученым нашего времени, оказавшим важнейшее влияние на развитие исследований, связанных с применением полиграфа в СССР и позже в России, является доктор юридических, кандидат психологических наук, профессор МГТУ им. Н.Э. Бумана Ю.И. Холодный, основной заслугой которого стала популяризация психофизиологического исследования. Именно им предложены различные модификации американских методов опросов с использованием полиграфа, определение места опросов в поле российской криминалистики и т.д.

    История отечественного полиграфа, как ни странно, облегчает понимание действующих в настоящее время юридических процессов, касающихся его применения.

В СССР детектор лжи появляется благодаря приказу председателя КГБ Ю.В. Андропова в 1975 г. В системе госбезопасности уже тогда в 30-й лаборатории начались исследования в отделе детекции лжи (или психофизиологических исследований). Безусловно, основным направлением была деятельность в интересах ведомства, но уже 1993 г. Генеральная прокуратура и Министерство юстиции РФ одобрили применение опросов с использованием полиграфа органами федеральной службы безопасности.

Как следствие, сотрудники института криминалистики ФСБ России первыми столкнулись с проблемами легализации полученных результатов и их процессуального применения.

Но уже в 2001 г., впервые в истории российского законодательства, Военная коллегия Верховного Суда РФ принимает как доказательство в уголовном процессе выводы, полученные по результатам психофизиологического исследования, проведенного в процессуальных условиях – это и была первая судебная психофизиологическая экспертиза, проведенная сотрудниками института криминалистики ФСБ России.

Вместе с тем детекцию лжи как метод в МВД России начали применять только в 1994 г. Опросы с использованием полиграфа применяются в основном при оперативно-розыскных мероприятиях. Как правило, такие опросы происходят в непроцессуальных условиях. Безусловно, применение полиграфа в разделе ОРД в системе МВД дало обширный и в основном положительный опыт. Но, как следствие утилитарного понимания и применения полиграфа, на сегодняшний день возникла парадоксальная ситуация: в МВД России есть большое количество специалистов по детекции лжи – это факт, но специалистов, способных проводить опросы с использованием полиграфа в процессуальных условиях, практически нет.

Рассматривая проблему процессуального проведения психофизиологических исследований с применением полиграфа, необходимо обратить внимание на Уголовно-процессуальный кодекс РФ.

В статье 58 которого дается четкое описание процессуального статуса участвующих в уголовно-процессуальном поле лиц: специалистом является “лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном настоящим Кодексом, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела”. Казалось бы, данная норма принципиально позволяет проводить опросы с использованием полиграфа в процессуальных условиях, так как специалист, в общем, имеет необходимые познания и, безусловно, технические средства в виде полиграфа, однако, по утверждению одного из ведущих экспертов России Ю.К. Орлова, “результатом исследовательских действий специалиста могут быть только наглядно воспринимаемые факты, имеющие общедоступный характер и понятные всем участникам следственного действия, в том числе понятым, которые должны засвидетельствовать эти факты” <2>.

Надеюсь, понятно, что какие-либо свидетельства хранятся на носителях двух классов, а именно на материальных носителях и, в идеальном виде, в человеческой памяти, иного объекта для хранения сведений не существует.

Применительно к опросу с использованием полиграфа, как указывалось выше, специалист должен находить и фиксировать следы произошедшего события (интересующего следствие, адвоката, суд) либо зафиксировать отсутствие таковых. Естественно, специалист по полиграфу не может предоставить наглядно факты или следы всем участникам процессуального действия. В общем, исходя из статьи 58 УПК РФ, автору представляется непроцессуальным действием оформление заключения специалиста по результатам опроса какого-либо лица с использованием полиграфа.

<2> Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка (по уголовным делам). М.: Юристъ, 1995.

Кроме описанной проблемы, безусловно, особого внимания заслуживает проблема процессуального оформления опросов с использованием полиграфа в целях оперативно-розыскной деятельности. Если при привлечении специалиста к процессуальным действиям юристам и следователям в общем и целом понятно, какие юридические нормы действуют, то при опросе с использованием полиграфа в интересах оперативно-розыскной деятельности дело обстоит несколько иначе. В 90% случаев по результатам проведенного опроса оформляются разного рода рапорты, справки, акты и т.п., которые следствием чаше всего приобщаются к материалам уголовных дел как “иные документы”. При этом чаще всего сторона обвинения пытается использовать данные документы на судебных слушаниях или с их помощью оказывается психологическое давление на опрашиваемых лиц.

По мнению ведущих юристов России, в том числе Г.М. Резника, “иные документы не могут носить процессуального значения” (из выступления на конференции адвокатов и правозащитников Санкт-Петербурга и Ленинградской области, в котором автор участвовал лично).

Однако в соответствии со статьями 74 и 84 УПК РФ, если доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости, они могут быть рассмотрены судом или следствием. Причем информированность адвоката в данной ситуации неизмеримо возрастает при оказании квалифицированной юридической помощи подзащитному. Адвокат (защитник) обязан обратить внимание на наличие документов о подготовке специалиста, применяемые в ходе опроса методики, какие объекты и предметы подвергались исследованию в течение опроса, в какой форме он проводился и, безусловно, какие выводы сделал специалист. Именно выводы нужно изучить особенно внимательно, так как в последнее время достаточно часто встречаются формулировки вроде такой: “гражданин Н. располагает информацией о деталях случившегося (или преступления), данную информированность гражданин мог получить в результате совершения преступления (или участия в событии)”. Замечу, что любой юрист должен понять и запомнить: наличие у лица информации о событии или преступлении не может быть основанием экспертных выводов о причастности лица к преступлению.

Опрашиваемый может быть осведомлен о преступлении потому, что сам совершил его, мог быть свидетелем либо оповещен о преступлении кем-либо.

В общем, если взять за основу идею использования информированности гражданина о преступлении в выводах экспертов, то, пойдя по этому пути, можно поставить под вопрос участие или неучастие в преступлении следователя (он же информирован), оперативников (тоже информированы), адвоката (тоже информирован) и, безусловно, судьи (уж он точно в полном объеме информирован о деталях происшедшего). В связи с вышеизложенным при виде “иных документов” касательно опроса с использованием полиграфа необходимо принципиально подойти к их рассмотрению с позиции криминалистики, допустимости, относимости и легитимности выводов хотя бы потому, что специалист не несет никакой ответственности по статье 307 УК РФ.

Особое внимание хотелось бы обратить именно на процессуальное применение опросов с использованием полиграфа в форме судебной психофизиологической экспертизы.

Как уже говорилось, такие экспертизы проводятся с 2001 г., когда Военная коллегия Верховного Суда РФ стала применять ее результаты как процессуальное доказательство. Вместе с тем от адвокатов слышны мнения, что психофизиологическая экспертиза с использованием полиграфа – это фикция и, конечно, не доказательство.

Давайте разберемся в данном противоречии.

Итак, отчасти правы те, кто говорит: “Психофизиологическая экспертиза – не доказательство”. Почему? Прежде всего потому, что исходя из Уголовно-процессуального кодекса РФ и статьи 13 Закона о государственной экспертной деятельности экспертом может быть специалист, прошедший профильную криминалистическую подготовку и обладающий высшим профильным образованием (психологическим либо медицинским). В связи с тем что такая подготовка специалистов в силовых и следственных органах МВД, Минюста России, Следственного комитета при Прокуратуре РФ отсутствует, практически нет специалистов, готовых к работе в процессуальных условиях. Такая картина действительно имеет место быть в связи с отсутствием профильной криминалистической подготовки сотрудников к работе в процессуальных условиях, более того, ничего не делается в целях изменения ситуации. Понимая положение вещей, некоторые честные руководители вообще уходят от применения опросов с использованием полиграфа в процессуальных условиях.

Так, начальник БСТМ (Бюро специальных технических мероприятий) МВД России генерал-полковник Мирошников издал распоряжение о запрете психофизиологических экспертиз и иных форм процессуального применения полиграфа.

Однако необходимо знать и понимать, что психофизиологическая экспертиза – это реальное доказательство, но только произведенная специалистом, который получил экспертную подготовку в профильном криминалистическом учебном заведении, прошел переаттестацию и имеет профильное высшее образование (психологическое или медицинское), т.е. его профессиональный уровень строго соответствует статье 13 Закона о государственной судебной экспертной деятельности. Кроме того, в экспертном заключении должны быть указаны объект и предмет исследования (в подавляющем большинстве горе-эксперты этого не знают), использованная методика, а выводы эксперта – соответствовать фундаментальным требованиям криминалистики.

Именно тогда и только тогда экспертное исследование и выводы эксперта являются выверенными и значимыми для рассмотрения в процессуальном поле.

В общем и целом необходимо признать: психофизиологическая экспертиза с использованием полиграфа как метод установления истины в доказательственном процессе уже состоялась. Безусловно, еще не решены многие вопросы, в том числе процессуального характера. Защитникам и адвокатам при рассмотрении данной экспертизы следует относиться к ней не как к чему-либо из ряда вон выходящему. А как к обычному экспертному исследованию, соблюдая принципы относимости, допустимости, достоверности, логики и здравого смысла.

Представляется, именно психофизиологическая экспертиза с использованием полиграфа должна быть востребована защитой как способ установления истины по делу в целях защиты граждан.

Библиография
Лурия А.Р. Диагностика следов аффекта. Психология эмоций. Тексты. М.: Изд-во МГУ, 1984.
Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка (по уголовным делам). М.: Юрист, 1995.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.