Методические средства судебно-психофизиологической экспертизы с применением полиграфа

By | 19.12.2017

Методические средства судебно-психофизиологической экспертизы с применением полиграфа

Методические средства судебно-психофизиологической экспертизы с применением полиграфа

(Холодный Ю.И.)

(“Юридическая психология”, 2014, N 2)

Информация о публикации

Холодный Ю.И. Методические средства судебно-психофизиологической экспертизы с применением полиграфа // Юридическая психология. 2014. N 2. С. 26 – 32.

МЕТОДИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА СУДЕБНО-ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ С ПРИМЕНЕНИЕМ ПОЛИГРАФА

Ю.И. ХОЛОДНЫЙ

Холодный Юрий Иванович, доктор юридических наук, кандидат психологических наук (Московский государственный технический университет имени Н.Э. Баумана).

Статья посвящена рассмотрению технологии тестов, разработанных отечественными специалистами более четверти века назад, показавших свою эффективность на практике и рекомендуемых к использованию при производстве судебно-психофизиологических экспертиз с применением полиграфа.

Ключевые слова: полиграф, тесты криминалистических исследований с применением полиграфа, судебно-психофизиологическая экспертиза с применением полиграфа.

Methodological means of judicial-psychophysiology expert evaluation with application of polygraph

Y.I. Kholodnyy

Kholodnyy Yury Ivanovich, doctor of juridical sciences, candidate of psychological sciences (Moscow State Technical University named after N.E. Bauman).

The article concerns analysis of methodological means of judicial psycho-physiological expert evaluation with application of polygraph. The subject-matter of the scientific-practice publication is topical. The author believes that the information received with the help of polygraph in the interests of operational-search activities is of orienting character for the works carried out in order to detect and investigate crimes.

Key words: polygraph, expert evaluation, criminalistics, investigation of crimes, methods, polygraphologist.

Впервые в стране криминалистическое исследование с применением полиграфа (далее – КИПП) в форме судебно-психофизиологической экспертизы (далее – СПфЭ) было осуществлено специалистами Института криминалистики (далее – ИК) ФСБ России летом 2001 г. В течение десятилетия новый вид экспертиз получил определенное распространение, и это привело к качественному изменению ситуации в технологии применения полиграфа в практике расследования преступлений.

Методики, по которым осуществлялось производство СПфЭ:

период становления

Известно, что производство любого экспертного исследования обязано осуществляться по определенной стандартизованной методике, которая должна предварительно пройти этап испытаний в реальных условиях и, в случае его успешного завершения, должна быть официально введена в действие в установленном порядке: после этого методика становится доступной к практическому применению экспертным сообществом.

Начав производство СПфЭ, специалисты ИК ФСБ России руководствовались разработанной в 1995 г. “Комплексной методикой специального психофизиологического исследования с применением полиграфа” <1> (далее – “КМ СПФИ”), которая была первым в стране нормативным методическим документом, регламентировавшим технологию такого исследования.

——————————–

<1> Холодный Ю.И. Комплексная методика специального психофизиологического исследования с применением полиграфа (утв. 12.06.1995). М.: ИК ФСБ России, 1995. 66 с.

Понятно, что, будучи созданной за несколько лет до появления СПфЭ, “КМ СПФИ” не предусматривала возможность выполнения экспертиз. Поэтому ее положения были адаптированы под вновь возникшие потребности, и зимой 2002 – 2003 гг. при выполнении ряда экспертиз удалось выработать основы технологии производства СПфЭ. Накопившийся к концу 2004 г. опыт показал, что “КМ СПФИ”, оставаясь принципиально верной для КИПП, не учитывала требований СПфЭ и для квалифицированного их производства необходима особая (типовая) методика, но на доработку и испытание в реальных условиях таковой понадобится не один год.

В 2005 г. была опубликована “Видовая экспертная методика производства психофизиологических исследований с использованием полиграфа” <2> (далее – “Видовая методика”), авторы которой стали активно ее популяризировать и продвигать в практику.

——————————–

<2> Видовая экспертная методика производства психофизиологического исследования с использованием полиграфа // Инструментальная детекция лжи: реалии и перспективы использования в борьбе с преступностью: Материалы международного научно-практического форума. Саратов: СЮИ МВД России, 2006. С. 90 – 96.

Однако вскоре выяснилось, что “Видовая методика” – объемом менее шести (!) страниц – обладает множеством ошибок и неточностей. Из-за большого числа изъянов “Видовой методики” рассмотреть все из них не представляется возможным: разбору наиболее существенных из недостатков методики был посвящен цикл статей <3>. Ущербность “Видовой методики” была обусловлена серьезными нарушениями требований криминалистики, судебной экспертизы, КИПП и СПфЭ, а также тем, что она, согласно данным <4> ФСБ России, не проходила этапа испытания перед внедрением в практику, а была введена в действие с грубым нарушением установленного порядка.

——————————–

<3> На недостатки “Видовой методики” указано в учебнике “Криминалистика”, подготовленном СК России (Криминалистика: Учебник. Т. 1 / под общ. ред. А.И. Бастрыкина. М.: “Экзамен”, 2014. С. 325 – 339). Ошибки и изъяны “Видовой методики” также подробно рассмотрены более чем в десятке статей, опубликованных в журналах “Вестник криминалистики” (2008. Вып. 1 (25). С. 25 – 33; 2009. Вып. 1 (29). С. 50 – 59; 2012. Вып. 4 (44). С. 28 – 34), “Теория и практика судебной экспертизы” (2009. N 1 (13). С. 205 – 212), “Вестник Академии экономической безопасности МВД России” (2009. N 8. С. 58 – 64; 2010, N 5, С. 109 – 112), “Уголовный процесс” (2013. N 3. С. 28 – 35; N 4. С. 60 – 66; N 8. С. 64 – 73), “Юридическая психология” (2013. N 1. С. 11 – 13) и иных научных изданиях. (С указанными и другими статьями по тематике КИПП и СПфЭ можно ознакомиться на сайте http://www.runc.bmstu.ru/poligraph/poligraph-stati.html.)

<4> Николаев А.Ю. Оценка качества психофизиологических исследований: полемика и практические последствия // Уголовный процесс. 2013. N 10. С. 80.

“КМ СПФИ” с 2001 г. “успешно применялась экспертами Института криминалистики ФСБ России при проведении судебных экспертиз” <5> вплоть до 2009 г., когда была введена в действие созданная на ее основе “Методика производства судебных психофизиологических экспертиз с применением полиграфа” <6> (далее – “Методика ИК по СПфЭ”).

——————————–

<5> Там же. С. 78.

<6> Методика производства судебных психофизиологических экспертиз с применением полиграфа. М.: Институт криминалистики ЦСТ ФСБ России, 2009. 31 с.

В силу объективных и субъективных причин “Методика ИК по СПфЭ” не популяризировалась в среде специалистов (в частности, не была опубликована в научной печати) и оказалась недоступной для широкого использования.

Вместе с тем СПфЭ востребована следственно-судебной практикой: по официальным данным СК России за 2012 г., количество таких экспертиз исчисляется в стране сотнями, и вопрос о научно обоснованной методике производства СПфЭ является весьма актуальным.

Некоторые требования к технологии СПфЭ

Криминалистическая наука давно установила, что любые ее методы, применяемые при раскрытии и расследовании преступлений, обязаны удовлетворять критериям научности, безопасности, законности, этичности и эффективности. Очевидно, что эти требования к методам сохраняются, если последние применяют в ходе исследований, проводимых в форме судебных экспертиз.

Вопросы о том, удовлетворяют ли КИПП, осуществляемые в ходе оперативно-розыскной деятельности (далее – ОРД) или в интересах работы с кадрами, указанным критериям, в настоящее время уже не возникают. Критерий законности соблюден: КИПП были официально допущены Минюстом России к практическому использованию в условиях ОРД весной 1993 г. Тот факт, что полиграф без малого сто лет применяют в практике ОРД десятки стран мира, а “точность результатов проверок на полиграфе в ходе расследований составляет 85 – 95%” <7>, свидетельствует, что критерии научности, безопасности, этичности и эффективности также соблюдены.

——————————–

<7> Polygraph: issues and answers // Polygraph. 1996. V. 25, N 2. P. 132 – 140.

Информация, полученная с помощью полиграфа в интересах ОРД, носит ориентирующий характер для проводимой работы по раскрытию и расследованию преступлений. Полиграфолог при этом имеет значительную свободу в выборе средств и приемов проведения КИПП, нередко действует на уровне интуиции, и то, насколько методически корректно получена информация, как правило, не интересует тех, кто заказал проведение такого исследования.

При производстве СПфЭ требования к технологии КИПП существенно возрастают: все действия, осуществляемые полиграфологом, должны быть выполнены с соблюдением процессуальных и методических требований, “прозрачны” и понятны для сторон, участвующих в процессе; в противном случае результаты экспертизы – как доказательства – могут быть отклонены судом.

Особую значимость для СПфЭ приобретают критерии научности и эффективности. Например, приведенная выше ссылка на то, что исследованиями с помощью полиграфа в правоохранительной практике пользуются все высокоразвитые государства, вполне достаточна при обосновании эмпирически установленной научности КИПП, используемых в условиях ОРД, и, по-видимому, не может служить достаточным научным основанием этих исследований, проводимых в форме СПфЭ. Иными словами, то, какой теоретической концепции придерживается полиграфолог, выполняя исследование с помощью полиграфа в условиях ОРД, имеет второстепенное значение, представляет частный интерес и приобретает сугубо практическую значимость при производстве СПфЭ.

Аналогичным образом едва ли может быть также признана приемлемой для СПфЭ усредненная “точность 85 – 95%”, не “привязанная” к индивидуальным физиологическим и психофизиологическим особенностям конкретного подэкспертного.

Поэтому для построения технологии СПфЭ необходимы добротная теоретическая основа, опирающаяся на категориальный аппарат современной криминалистики, и оптимальный набор методических средств, способных учесть индивидуальные особенности исследуемого человека и обеспечить высокий уровень “точности” результатов проведенного исследования.

Как известно, криминалистика, занимаясь раскрытием и расследованием преступлений, имеет дело либо с материально-фиксированными следами этих событий (например, отпечатки пальцев, следы взрыва и проч.), либо с их идеальными следами, запечатленными в памяти лиц, оказавшихся участниками или свидетелями произошедшего.

В конце 1980-х гг. в качестве естественно-научной основы технологии применения полиграфа в целях выявления у человека возможно скрываемой им информации была предложена теоретическая концепция целенаправленного исследования (тестирования) памяти <8>, которая достаточно успешно объясняла многие явления, наблюдаемые в работе с помощью этого прибора.

——————————–

<8> Холодный Ю.И. Опрос с использованием полиграфа и его естественно-научные основы // Вестник криминалистики. 2005. Вып. 2 (14). С. 47 – 57; Kholodny Y. Interrogation using polygraph and its scientific basis // Polygraph. 2006. V. 35. N 1. P. 1 – 21.

В 1990-е гг. эта концепция явилась надежной естественно-научной основой исследований с применением полиграфа на этапе их вхождения в систему методов и средств отечественной криминалистики и вновь оказалась весьма полезной при разработке теоретических основ СПфЭ <9>.

——————————–

<9> Холодный Ю.И. Судебно-психофизиологическая экспертиза с применением полиграфа: период становления // Вестник криминалистики. 2008. Вып. 1 (25). С. 25 – 33.

В частности, работы последних лет, выполненные с учетом положений указанной теоретической концепции, позволили установить, что:

1) “объектом исследования эксперта-полиграфолога является активная память человека, представленная в сознании человека в каждый конкретный момент времени ее изучения в ходе тестирования на полиграфе, и полиграфолог устанавливает, какая информация там содержится”;

2) “по итогам производства СПфЭ полиграфолог… представляет вывод, который в силу природы идеальных следов неизменно является вероятным; при этом вероятностный принцип выявления у человека скрываемых следов событий прошлого (скрываемой им информации) не умаляет прикладной эффективности таких экспертиз” <10>;

——————————–

<10> Орлов Ю.К., Холодный Ю.И. Процессуальные проблемы применения полиграфа при расследовании уголовных дел // Актуальные проблемы применения норм уголовно-процессуального права при расследовании преступлений: Материалы Международной научно-практической конференции (Москва, 26 октября 2012 г.). М.: Изд. ООО “Буки Веди”, 2012. С. 320 – 321.

3) когда “при методически корректном обращении к памяти человека были обнаружены реакции на вопросы, касающиеся обстоятельства расследуемого события, это свидетельствует о наличии в памяти человека следов этого обстоятельства. В подобной ситуации эксперт-полиграфолог формулирует вывод следующего содержания: “в памяти подэкспертного имеется информация о том, что… (например, потерпевшему был нанесен удар ножом в спину). Данный факт установлен экспертом с вероятностью 0,95 (95%)” <11>.

——————————–

<11> Орлов Ю.К., Холодный Ю.И. Судебно-психофизиологическая экспертиза с применением полиграфа: проблема допустимости // Вестник Академии экономической безопасности МВД России. 2009. N 12. С. 87; Орлов Ю.К., Холодный Ю.И. Процессуальные проблемы применения полиграфа при расследовании уголовных дел // Уголовный процесс. 2013. N 3. С. 35; и др.

Приведенные три положения являются важными ориентирами: они указывают основные требования к методике СПфЭ и подсказывают, какие методические средства тестирования на полиграфе (далее – ТнП) могут быть применены при исследовании подэкспертного.

Но эти положения также порождают вопросы. Какими тестами следует пользоваться для получения процессуально корректных результатов ТнП? Как оценить вероятности выводов СПфЭ? Какими должны быть технология и тактика производства СПфЭ?

В рамках этой статьи попытаемся ответить на первый из вопросов и дать описание тех тестов, которые на протяжении десятка лет уже применяются в ходе ТнП при производстве экспертизы и дают возможность вполне уверенно представлять результаты СПфЭ в суд в качестве доказательств.

Тест оценки значимости версий

Тест оценки значимости версий (далее – ТОЗВ) был разработан в 1980-е гг. заместителем начальника лаборатории N 30 КГБ СССР В.К. Носковым. Впервые в общедоступной литературе ТОЗВ был описан в “КМ СПФИ”, и, после того как эта методика была передана в МВД России в конце 1990-х гг., тест получил распространение в стране.

ТОЗВ был разработан для использования в интересах ОРД и получил свое название не случайно. В 1980-е гг. полиграфологи начали изучение применения полиграфа с позиции криминалистической науки, но вскоре эти работы были прекращены: по идеологическим причинам проведение исследований криминалистической направленности в те годы было невозможно <12>. Тем не менее понимание того, что применение полиграфа относится к области криминалистики, было уже очевидно и нашло отражение в наименовании теста.

——————————–

<12> Холодный Ю.И. Применение полиграфа: тернистый путь эволюции терминологии // Юридическая психология. 2012. N 2. С. 32 – 36.

Будучи тестом методики контрольных вопросов (далее – МКВ), ТОЗВ был создан с целью снижения “обвинительного уклона”, присущего этой методике <13>, и ориентирован на использование общих признаков устанавливаемого события, представляющего интерес для органов розыска, дознания или следствия (далее – устанавливаемое событие).

——————————–

<13> Материал в данной статье изложен из расчета, что читатель владеет терминологией и технологией исследований с применением полиграфа в целях выявления у человека возможно скрываемой им информации.

Общие признаки полиграфологи определяют на основе анализа класса аналогичных событий. Для ТОЗВ отбирают такие общие признаки, которые обязательно: а) характеризуют устанавливаемое событие; б) сохранены в памяти человека.

Например, для класса событий “хищение” общими признаками, характеризующими событие, являются такие деяния, которые требуют от человека:

1) войти в помещение (кабинет, офис, гараж и проч.);

2) открыть что-то (стол, сейф, бумажник и проч.);

3) взять в руки (деньги, документы, электронные носители и проч.);

4) вынести что-то откуда-то (из комнаты, из офиса, из здания и проч.) и т.д.

ТОЗВ представляет собой совокупность нескольких (3 и более) логически связанных вопросников, и каждый из них нацелен на исследование одного признака устанавливаемого события. Любой вопросник ТОЗВ, состоя из 6 – 7 вопросов, может содержать 1 проверочный вопрос (далее – ПВ), 1 – 2 “основных” контрольных вопроса (далее – ОКБ), 1 внетематический контрольный вопрос (далее – ВТКВ), 1 контрольный вопрос “комплекса вины” (далее – КВКВ) и 2 – 3 (по усмотрению полиграфолога) нейтральных вопроса (далее – НВ). Каждый вопросник должен быть предъявлен 4 – 5 и, если необходимо, более раз с изменяющейся последовательностью вопросов. ОКВ и КВКВ формулируются по тематике устанавливаемого события. Если в первых двух вопросниках теста ВТКВ и КВКВ не вызвали сильных физиологических реакций у исследуемого человека, эти вопросы могут быть исключены из последующих вопросников и, по усмотрению полиграфолога, заменены ОКВ или НВ.

Первый из вопросов (обозначается номером “0”) предназначен для угашения ориентировочной реакции, часто возникающей в начале предъявления вопросника; этот стимул является жертвенным, и возникшие на него физиологические реакции в дальнейшем анализе не учитываются.

Ниже представлен пример первого и четвертого вопросников, которые применялись в ТОЗВ в ходе КИПП при расследовании пропавших во время командировки денег.

Пример 1

Вопросник 1

0. Ваше имя и отчество – Иван Иванович?

1. В настоящее время мы с Вами находимся в Москве? НВ

2. У Вас есть сейчас что-то важнее этой проверки на полиграфе? ВТКВ

3. В рассказе о деньгах Вы скрыли какие-то обстоятельства? ОКВ

4. После 10 августа Вы держали в руках пропавшие деньги? ПВ

5. Вы похитили в августе из кассы крупную сумму в валюте? КВКВ

6. Вы являетесь сотрудником торговой фирмы “Некст”? НВ

Вопросник 4

0. Вы работаете старшим менеджером фирмы “Некст”?

1. Вы получили высшее образование на территории России? НВ

2. Вы присваивали что-либо, пользуясь служебным положением? ОКВ

3. Уезжая из командировки, Вы увозили разыскиваемые деньги? ПВ

4. Работая на фирме, Вы подделывали финансовые документы? ОКВ

5. Вы окончили какое-либо высшее учебное заведение? НВ

Если в каком-либо из вопросников реагирование исследуемого человека на проверочный вопрос уступает по выраженности реагированию на ВТКВ или КВКВ (соответственно, у человека есть серьезные личные проблемы вне темы исследования, либо он находится в неадекватном психическом состоянии), такой вопросник должен быть исключен из числа вопросников ТОЗВ, по которым принимается решение.

Если в вопроснике использованы два ОКВ, то их сравнение с ПВ осуществляется по принципу “наибольшего контрольного вопроса”.

По итогам ТОЗВ версия о наличии у человека информации об устанавливаемом событии определяется количеством выделившихся признаков (т.е. ПВ) и наоборот. Так, в приведенном примере 1 у конкретного исследованного человека не выделились признаки устанавливаемого события: в его памяти отсутствует информация о пропавших в ходе командировки деньгах.

Многолетнее применение ТОЗВ показало, что достоинством этого теста, использующего большое количество различных контрольных вопросов, является корректное исследование (с методической и криминалистической точки зрения) каждого признака устанавливаемого события в отдельности и сведение, тем самым, “обвинительного уклона” МКВ к минимуму.

Вместе с тем следует отметить и определенный недостаток ТОЗВ: повышая корректность и надежность исследования, этот тест делает ТнП более продолжительным по времени, чем при использовании иных тестов МКВ.

Тест ситуационно значимых стимулов

Тест ситуационно значимых стимулов (далее – ТСЗС) создан в 1980-е гг. и относится к методике выявления скрываемой информации (далее – МВСИ); тест защищен авторским свидетельством <14>.

——————————–

<14> Холодный Ю.И. Авторское свидетельство N 321811 (приоритет от 16 марта 1989 г.).

ТСЗС также впервые был описан в “КМ СПФИ” и позднее (с теми или иными упущениями) представлен в пособиях, изданных в России и Украине <15>.

——————————–

<15> Делiкатний С.К., Половнiкова Ж.Ю. Використання полiграфа в дiяльностi ОВС: Навч.-метод. посiбник. К.: РВВ МВС , 2001. 109 с.

ТСЗС используется преимущественно при исследовании общих признаков устанавливаемого события. Готовясь применить этот тест, полиграфолог обязан учитывать, что для исследуемого человека каждый конкретный признак устанавливаемого события должен быть: А) однозначно определен; Б) высоко значим в условиях ТнП; В) храниться в памяти человека без искажений; Е) допускать подбор к нему от 4 до 6 возможных однородных признаков-стимулов.

ТСЗС состоит, как правило, из двух (диады) вопросников – контрольного и проверочного. В вопросниках этого теста к каждому исследуемому признаку (стимулу) устанавливаемого события подбирают от 4 до 6 однородных с ним стимулов. Таким образом, проверочный и контрольный вопросники обладают общим набором из 5 – 7 однородных вопросов (стимулов). Первый из однородных стимулов предназначен для угашения ориентировочной реакции, часто возникающей в начале предъявления вопросника; этот стимул является жертвенным, и возникшие на него физиологические реакции в дальнейшем анализе не учитываются.

Предъявление контрольного и проверочного вопросников делается с интервалом 10 – 15 и более минут, в течение которого могут быть предъявлены вопросники других тестов. Какой из вопросников предъявлять первым (контрольный перед проверочным или наоборот), полиграфолог решает по своему усмотрению, исходя из тактики проводимого ТнП.

Ниже представлен пример диады вопросников ТСЗС реального КИПП, выполненного при расследовании хищения денег.

Пример 2

Вопросник (1-к.)

Вопросник (пр.)

Восьмого января

Вы принесли

с собой на работу:

Восьмого января,

уходя с работы,

Вы уносили с собой:

0. – какую-нибудь книгу?

1. – кейс-дипломат?

(СЗС) 2. – хозяйственную сумку?

3. – плейер с кассетами?

4. – крупную сумму в валюте? (пров. – ПП)

5. – какие-нибудь документы? (контр. – СЗС)

где:

СЗС – ситуационно-значимый стимул – признак события, значимость которого определяется инструкцией полиграфолога и общим вопросом (“Восьмого января Вы принесли с собой на работу…”; “Восьмого января, уходя с работы, Вы уносили с собой…”) соответствующего вопросника;

ПП – проверяемый признак – признак события (расследуемого происшествия), ситуационную значимость которого для исследуемого лица в условиях проверочного вопросника полиграфологу предстоит установить.

Пример 2 иллюстрирует методические особенности ТСЗС, а именно:

1) в контрольном (первом) вопроснике выделенный инструкцией полиграфолога и общим вопросом стимул 2 является СЗС, и, согласно полученной инструкции, исследуемый человек должен скрывать его в ходе ТнП;

2) в проверочном (втором) вопроснике инструкция полиграфолога и общий вопрос “снимают” значимость со стимула 2 и “переносят” ее на ранее незначимый стимул 5, который становится СЗС, и который, согласно инструкции, исследуемый человек должен скрывать в ходе ТнП.

Если в результате предъявления контрольного вопросника с помощью общего вопроса выделяется намеченный инструкцией полиграфолога стимул 2, то это свидетельствует о том, что в составленном однородном ряду (содержащем среди прочих признак устанавливаемого события, указывающий на причастность к расследуемому преступлению) нет значимых стимулов, за исключением намеченного полиграфологом. Иными словами, исследуемый человек хранит в памяти и скрывает стимул 2 по инструкции полиграфолога, и его реагирование при предъявлении контрольного вопросника происходит в соответствии с действием целевой установки, формируемой инструкцией полиграфолога и общим вопросом контрольного вопросника.

Если в результате предъявления проверочного вопросника с помощью общего вопроса выделяется намеченный инструкцией полиграфолога стимул 5, то это свидетельствует о том, что в составленном однородном ряду (содержащем среди прочих признак устанавливаемого события, указывающий на причастность к расследуемому преступлению) нет значимых стимулов, за исключением намеченного полиграфологом.

Иными словами, при предъявлении проверочного вопросника исследуемый человек хранит в памяти и, по инструкции полиграфолога, скрывает стимул 5: при этом его реагирование происходит в соответствии с действием целевой установки, формируемой инструкцией полиграфолога и общим вопросом проверочного вопросника.

Если в результате предъявления проверочного вопросника с помощью общего вопроса выделяется не намеченный инструкцией полиграфолога стимул 5, а стимул 4 (т.е. признак устанавливаемого события, указывающий на причастность исследуемого человека к расследуемому преступлению), то это свидетельствует, что стимул 4 является более значимым для исследуемого человека. В этом случае, хотя исследуемый человек хранит в памяти и скрывает стимул 5 по инструкции полиграфолога, вступает в силу закон смены установки <16>: реагирование человека определяется действием смысловой установки, которая, согласно иерархии, подавляет целевую установку. Такое реагирование указывает, что общий вопрос с помощью стимула 4 диагностирует наличие в памяти исследуемого человека информации о конкретном признаке устанавливаемого события (расследуемого преступления).

——————————–

<16> Асмолов А.Г. Деятельность и установка. М.: Изд. МГУ, 1979. 216 с.

Наличие в контрольном вопроснике (вне зависимости от того, предъявлялся он до или после проверочного) устойчивых выраженных физиологических реакций на признак устанавливаемого события, связанный с преступлением (стимул 4), является свидетельством неадекватного реагирования исследуемого человека на конкретный признак устанавливаемого события.

Такое неадекватное реагирование получило условное наименование – гиперреактивность.

Возможность обнаружения неадекватного, не в соответствии с действующей целевой установкой реагирования в ходе ТСЗС привело к двум важным с практической точки зрения следствиям <17>.

——————————–

<17> Научное обоснование, изучение в лабораторных и полевых условиях возможности использования действия установки (целевой и смысловой) при ТнП и описание явления гиперреактивности было осуществлено в 1986 – 1990 гг. в ходе диссертационного исследования, выполненного автором этой статьи.

1) Если при проведении ТСЗС у исследуемого человека в контрольном вопроснике обнаруживается гиперреактивность на признак устанавливаемого события, связанный с преступлением, полиграфолог обязан исключить результаты предъявления проверочного вопросника из последующего анализа и не учитывать их при принятии решения по итогам ТнП.

2) Если гиперреактивность на признаки устанавливаемого события, связанные с преступлением, наблюдается во всех контрольных вопросниках, то полиграфолог выносит заключение о неадекватности реагирования исследуемого человека в ходе ТнП и невозможности принятия решения о наличии в памяти у человека информации о расследуемом событии.

В мировой практике известны далеко не единичные случаи, когда из-за психического перевозбуждения, вызванного длительными допросами, необоснованными обвинениями или иными негативными воздействиями, лица, подвергнутые исследованию с помощью полиграфа, признавались виновными, а позднее выяснялась их непричастность к преступлениям <18>.

——————————–

<18> Случай ошибочного обвинения человека в убийстве по результатам его проверки на полиграфе описан в книге: Экман П. Психология лжи. СПб.: “Питер”, 1999. С. 176 – 178.

Одной из причин таких ошибок является некорректное применение тестов МКВ и поисковых тестов МВСИ, которые “страдают” обвинительным уклоном. И у каждого требовательного к себе полиграфолога при появлении в ходе ТнП сильных реакций на проверочные вопросы нередко возникает вопрос: чем вызваны эти реакции – сокрытием информации исследуемым человеком или какими-то иными причинами?

Зарубежная технология исследований с помощью полиграфа предлагает в указанной ситуации два подхода. Первый – визуально, путем наблюдения за исследуемым человеком определить наличие у него психического перевозбуждения, и, при наличии такового, полиграфолог обязан отказаться от проведения ТнП. Но в доступной методической литературе не удалось обнаружить четких, научно обоснованных рекомендаций по визуальной диагностике психического перевозбуждения человека, исключающего возможность выполнения ТнП. Спорной является сама идея визуальной диагностики пригодности состояния человека к проведению ТнП. Как можно с помощью наблюдения (метода психологической науки) определить или предсказать пригодность человека к методически корректному применению метода иной науки – психофизиологии?

Второй подход – использование КВКВ в ходе ТнП. Вместе с тем следует отметить, что, хотя в отечественной и мировой практике применение КВКВ весьма распространено, в доступной методической литературе также не удалось найти убедительных, научно обоснованных данных об эффективности, надежности и границах применения таких вопросов.

В этих условиях существенным достоинством ТСЗС является то, что в ходе ТнП только этот тест, контролируя возможное появление гиперреактивности, дает возможность установить объективный психофизиологический критерий методической корректности использования каждого проверочного вопросника и, тем самым, исследования наличия в памяти человека информации о конкретных признаках устанавливаемого события.

Как и любой иной тест, используемый в КИПП, ТСЗС имеет свой недостаток: это – сложность (а порой – принципиальная невозможность) подбора к проверяемому признаку устанавливаемого события однородного ряда возможных родственных признаков или контрольного вопросника.

Особенности тестов, используемых при производстве СПфЭ

Очевидно, что в рамках одной небольшой статьи невозможно изложить все детали и тонкости подготовки ТОЗВ и ТСЗС и их применения в практике.

Например, следует отметить, что в особо ответственных ситуациях (к таким относится производство СПфЭ), когда необходимо твердо убедиться в переключении реагирования исследуемого человека в соответствии с законом смены установки, полиграфолог может применить триаду вопросников ТСЗС (см. ниже), т.е. контрольный (1-к.), затем – проверочный (пр.) и снова контрольный (2-к.) вопросники <19>.

——————————–

<19> Пример заимствован из СПфЭ, выполненной зимой 2002 – 2003 гг.: экспертиза проводилась в три этапа в течение месяца и привела к выводам, которые исключили подэкспертного из числа подозреваемых в убийстве Соловьева (фамилии в примере изменены).

Вопросник (1-к.)

Вопросник (пр.)

Вопросник (2-к.)

За последние две недели с Вами разговаривал:

20 июня Вы наносили ножом раны в спину:

Вы передавали деньги матери:

0. Бобров(ва)?

1. Петров(ва)?

2. Камбуров(ва)? (СЗС – пр.)

3. Кузнецов(ва)? (СЗС – 2-к.)

4. Соловьев(ва)? (ПП)

(СЗС – 1-к.) 5. Смирнов(ва)?

Американские специалисты в последние годы провели фундаментальные исследования с целью обоснования “точности” конкретных форматов тестов, применяемых в ходе ТнП. В частности, для весьма популярной в России в настоящее время “методики Utah ZCT процент решений “Инконклюзив” от общего количества рассмотренных случаев составляет 12%. По оставшимся 88% случаев были приняты определенные решения. Из них процент правильно принятых решений по методике Utah ZCT составляет 92%… Соответственно, по оставшимся 8% решение было принято неправильно” <20>.

——————————–

<20> Азарова Н.Ю., Жирнов С.И., Корочкин П.Б. Обзор методик полиграфных проверок США. М.: Изд. ЦИПТ Коровина В.В. “Эксперт”, 2013. С. 149.

Если обобщить указанные оценки, то оказывается, что с помощью Utah ZCT правильное решение было принято (0,88 x 0,92) лишь в 81% случаев: в одном из пяти случаев указанная методика была неэффективна. При этом следует обратить внимание еще на один существенный фактор.

Созданные зарубежными специалистами тесты ТнП для их корректного применения в условиях российской практики, как и любое иное средство, относящееся к методам психологического класса, требуют обязательной адаптации, с учетом действия языковых, культурных, социально-психологических и иных факторов. Но пока ни одно ведомство или научная организация страны не взялись выполнить такую кропотливую работу, а использование неадаптированных тестов не позволяет полагать, что они обеспечат те уровни “точности”, на которые указывают американские специалисты.

Очевидно, что указанные трудности в отношении ТОЗВ и ТСЗС или вопросы об их научной обоснованности – не возникают. Эти тесты прошли в рамках многолетних научно-исследовательских работ этапы лабораторного изучения и испытаний в полевых условиях, были допущены к практическому применению и на протяжении четверти века успешно используются в ходе КИПП различного целевого назначения.

Полиграфолог, выполняя КИПП, сталкивается с угрозой совершить одну из двух ошибок – “пропуска цели” (т.е. вынесение ошибочного суждения о том, что человек не располагает информацией об устанавливаемом событии) или “ложной тревоги” (т.е. вынесение ошибочного суждения о том, что человек располагает информацией об устанавливаемом событии). Как известно, тесты МКВ “страдают” ошибками “ложной тревоги”, а непоисковые тесты МВСИ – ошибками “пропуска цели”.

Поэтому, с тем чтобы снизить возможность совершения ошибок в ходе КИПП, “необходимо строгое соблюдение правила: изучение признаков устанавливаемого события должно осуществляться путем использования тестов различных методик”, и “количество вопросников… (применяемых при этом)… должно составлять не менее трех… В случае обнаружения устанавливаемого события по обвинительной версии, его признаки должны быть проверены… на предмет отсутствия возможной гиперреактивности” <21> у исследуемого человека.

——————————–

<21> Холодный Ю.И. Комплексная методика… С. 54 и 61.

Как видно, ТОЗВ и ТСЗС являются тестами различных методик и удовлетворяют указанным требованиям.

Форматы ТОЗВ и ТСЗС (т.е. наличие коротких вопросников) позволяют подойти к решению одного из важнейших вопросов технологии производства СПфЭ – вероятностной характеристике формулируемого вывода.

Основы этого подхода – вероятностной оценки отдельных признаков устанавливаемого события с целью определения вероятности существования самого события – впервые были изложены в 1990 г. и опубликованы в России и США два десятилетия спустя <22>.

——————————–

<22> Холодный Ю.И. Проверка на полиграфе как криминалистический метод оперативно-розыскной деятельности. М.: В/ч 35533, 1990. 95 с.; Холодный Ю.И. Получение информации в ходе опроса с использованием полиграфа // Проблемы криминалистической науки, следственной и экспертной практики: Межвузовский сборник научных трудов. Омск: Омская академия МВД России, 2009. Вып. 7. С. 39 – 44; Kholodny Y. Polygraph examination and information // APA Magazine. 2011. V. 44. N 6. P. 31 – 34.

Но вопрос об оценке вероятности вывода СПфЭ – тема отдельной статьи.

Литература

1. Азарова Н.Ю. Обзор методик полиграфных проверок США / Н.Ю. Азарова, С.И. Жирнов, П.Б. Корочкин. М.: Изд. ЦИПТ Коровина В.В. “Эксперт”, 2013. С. 149.

2. Асмолов А.Г. Деятельность и установка. М.: Изд. МГУ, 1979. 216 с.

3. Видовая экспертная методика производства психофизиологического исследования с использованием полиграфа // Инструментальная детекция лжи: реалии и перспективы использования в борьбе с преступностью: Материалы международного научно-практического форума. Саратов: СЮИ МВД России, 2006. С. 90 – 96.

4. Делiкатний С.К., Половнiкова Ж.Ю. Використання полiграфа в дiяльностi ОВС: Навч.-метод, посiбник. К.: РВВ МВС , 2001. 109 с.

5. Криминалистика: Учебник. Т. 1 / под общ. ред. А.И. Бастрыкина. М.: “Экзамен”, 2014. С. 325 – 339.

6. Методика производства судебных психофизиологических экспертиз с применением полиграфа. М.: Институт криминалистики ЦСТ ФСБ России, 2009. 31 с.

7. Николаев А.Ю. Оценка качества психофизиологических исследований: полемика и практические последствия // Уголовный процесс. 2013. N 10. С. 78, 80.

8. Орлов Ю.К., Холодный Ю.И. Процессуальные проблемы применения полиграфа при расследовании уголовных дел / Ю.К. Орлов, Ю.И. Холодный // Актуальные проблемы применения норм уголовно-процессуального права при расследовании преступлений: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. (Москва, 26 октября 2012 г.). М.: Изд. ООО “Буки Веди”, 2012. С. 320 – 321.

9. Орлов Ю.К., Холодный Ю.И. Процессуальные проблемы применения полиграфа при расследовании уголовных дел // Уголовный процесс. 2013. N 3. С. 35.

10. Орлов Ю.К., Холодный Ю.И. Судебно-психофизиологическая экспертиза с применением полиграфа: проблема допустимости // Вестник Академии экономической безопасности МВД России. 2009. N 12. С. 87.

11. Холодный Ю.И. Комплексная методика специального психофизиологического исследования с применением полиграфа (утв. 12.06.1995). М.: ИКФСБ России, 1995. С. 54, 61.

12. Холодный Ю.И. Опрос с использованием полиграфа и его естественно-научные основы // Вестник криминалистики. 2005. Вып. 2 (14). С. 47 – 57.

13. Холодный Ю.И. Получение информации в ходе опроса с использованием полиграфа // Проблемы криминалистической науки, следственной и экспертной практики: Межвузовский сборник научных трудов. Омск: Омская академия МВД России, 2009. Вып. 7. С. 39 – 44.

14. Холодный Ю.И. Применение полиграфа: тернистый путь эволюции терминологии // Юридическая психология. 2012. N 2. С. 32 – 36.

15. Холодный Ю.И. Проверка на полиграфе как криминалистический метод оперативно-розыскной деятельности. М.: В/ч 35533, 1990. 95 с.

16. Холодный Ю.И. Судебно-психофизиологическая экспертиза с применением полиграфа: период становления // Вестник криминалистики. 2008. Вып. 1 (25). С. 25 – 33.

17. Экман П. Психология лжи. СПб.: “Питер”, 1999. С. 176 – 178.

18. Kholodny Y. Polygraph examination and information // APA Magazine. 2011. V. 44. N 6. P. 31 – 34.

19. Kholodny Y. Interrogation using polygraph and its scientific basis // Polygraph. 2006. V. 35. N 1. P. 1 – 21.

20. Polygraph: issues and answers // Polygraph. 1996. V. 25, N 2. P. 132 – 140.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.